Зверь на Луне

Зверь на Луне

 

Философ говорит, что чувствами своими
Всегда обманут человек;
Другой клянётся, что вовек
Тот не бывал обманут ими.
И что ж? Правдивы каждого слова,
И философия права:
Коль скоро мы судить на основаньи
Лишь чувств намерены одних,
Становимся мы все игрушкой их;
Когда же, с помощью среды и расстоянья,
Орудий, органов своих,
Проверить образ данного предмета
Мы захотим, никто, ручаюсь вам за это,
В обман не будет чувствами введён:
Таков природы-матери закон;
Примеры приведу со временем подробно.
Светило дня — чему оно подобно?
Каким перед собой его я вижу тут?
Оно окружностью не более трёх фут,
А если б я за ним подняться мог высоко
В его сияющий приют,
Каким нашёл бы я тогда Природы око?
И о его величине
По расстоянию судить возможно мне,
А расстояние углом и сторонами
Определяю я. Невежды между нами
Считают плоскою светила круглоту,
Но исправляю я в уме ошибку ту;
Недвижным солнце полагая,
Земле даю движенья быстроту,
Свидетельство очей во всем опровергая.
В иллюзиях не вижу я вреда:
В обманчивом найду я истину всегда,
Мне недоверие мои внушают взоры,
Которые, быть может, слишком скоры,
И слух мой, медленно передающий звук.
Когда волна тростник сгибает вдруг,
Его в уме своём я выпрямляю разом.
Решает всё верховный разум,
И с помощью его не буду никогда
Обманут я моим, порою лгущим, глазом.
Поверь ему, так иногда
Мы женского лица изображенье
Находим на Луне. Но там такой предмет
Не может быть. Причиною явленья
Неровности луны и возвышенья;
И могут, чередой сменяясь, тень и свет
На ней воспроизвесть животного портрет
Иль смертного подобие. Недавно
Ошиблись в Англии забавно.
Едва лишь навели подзорную трубу,
Как на Луне зверь появился новый;
И люд, в чудесное уверовать готовый,
В том увидал влиянье на судьбу
Народностей и стран: в опасности Европа,
Грозит войною зверь, ей бедствия суля…
Не исключая короля,
Все видели его! Меж стёкол телескопа
Скрывалась мышь… предвестница войны.
Все смехом кончилось. Британии сыны,
Вы счастливы! Когда ж удастся и французам
Науке и служенью музам
Всецело посвятить себя, подобно вам?
Но в изобильи Марс нам посылает славу;
Не нам враги, а мы страшны врагам,
И за Людовиком, по праву,
Его возлюбленной идёт Победа вслед.
Прославить в будущем французскую державу
Бессмертный лавр его побед.
Пусть мира всей душой желаем,
Но мы о мире не вздыхаем.
Им наслаждается достойно Карл Второй,
И всё ж на грозную потеху боевую
Он рать свою вести сумеет, как герой,
И славу заслужить он может мировую,
Решая спор враждующих держав.
У Августа на славу столько ж прав
Как и у Цезаря. Когда ж с отрадным чувством
Мы встретим светлый мир, который, даровав
Победу, нас вернёт к занятию искусством?

 

Перевод О. Чуминой

Un Animal dans la Lune 

 

Pendant qu'un Philosophe assure,
Que toujours par leurs sens les hommes sont dupés,
Un autre Philosophe jure,
Qu'ils ne nous ont jamais trompés.
Tous les deux ont raison, et la Philosophie
Dit vrai, quand elle dit que les sens tromperont
Tant que sur leur rapport les hommes jugeront ;
Mais aussi si l'on rectifie
L'image de l'objet sur son éloignement,
Sur le milieu qui l'environne,
Sur l'organe et sur l'instrument,
Les sens ne tromperont personne.
La nature ordonna ces choses sagement :
J'en dirai quelque jour les raisons amplement.
J'aperçois le Soleil ; quelle en est la figure ?
Ici-bas ce grand corps n'a que trois pieds de tour :
Mais si je le voyais là-haut dans son séjour,
Que serait-ce à mes yeux que l'oeil de la nature ?
Sa distance me fait juger de sa grandeur ;
Sur l'angle et les côtés ma main la détermine ;
L'ignorant le croit plat, j'épaissis sa rondeur ;
Je le rends immobile, et la terre chemine.
Bref je démens mes yeux en toute sa machine.
Ce sens ne me nuit point par son illusion.
Mon âme en toute occasion
Développe le vrai caché sous l'apparence.
Je ne suis point d'intelligence
Avecque mes regards peut-être un peu trop prompts,
Ni mon oreille lente à m'apporter les sons.
Quand l'eau courbe un bâton ma raison le redresse,
La raison décide en maîtresse.
Mes yeux, moyennant ce secours,
Ne me trompent jamais, en me mentant toujours.
Si je crois leur rapport, erreur assez commune,
Une tête de femme est au corps de la Lune.
Y peut-elle être ? Non. D'où vient donc cet objet ?
Quelques lieux inégaux font de loin cet effet.
La Lune nulle part n'a sa surface unie :
Montueuse en des lieux, en d'autres aplanie,
L'ombre avec la lumière y peut tracer souvent,
Un Homme, un Boeuf, un Eléphant.
Naguère l'Angleterre y vit chose pareille,
La lunette placée, un animal nouveau
Parut dans cet astre si beau ;
Et chacun de crier merveille :
Il était arrivé là-haut un changement
Qui présageait sans doute un grand événement.
Savait-on si la guerre entre tant de puissances
N'en était point l'effet ? Le Monarque accourut :
Il favorise en Roi ces hautes connaissances.
Le Monstre dans la Lune à son tour lui parut.
C'était une Souris cachée entre les verres :
Dans la lunette était la source de ces guerres.
On en rit. Peuple heureux, quand pourront les François
Se donner, comme vous, entiers à ces emplois ?
Mars nous fait recueillir d'amples moissons de gloire :
C'est à nos ennemis de craindre les combats,
A nous de les chercher, certains que la victoire,
Amante de Louis, suivra partout ses pas.
Ses lauriers nous rendront célèbres dans l'histoire.
Même les filles de Mémoire
Ne nous ont point quittés : nous goûtons des plaisirs :
La paix fait nos souhaits et non point nos soupirs.
Charles en sait jouir : Il saurait dans la guerre
Signaler sa valeur, et mener l'Angleterre
A ces jeux qu'en repos elle voit aujourd'hui.
Cependant s'il pouvait apaiser la querelle,
Que d'encens ! Est-il rien de plus digne de lui ?
La carrière d'Auguste a-t-elle été moins belle
Que les fameux exploits du premier des Césars ?
O peuple trop heureux, quand la paix viendra-t-elle
Nous rendre comme vous tout entiers aux beaux-arts?
An Animal In The Moon 

 

While one philosopher affirms
That by our senses we're deceived,
Another swears, in plainest terms,
The senses are to be believed.
The twain are right. Philosophy
Correctly calls us dupes whenever
On mere senses we rely.
But when we wisely rectify
The raw report of eye or ear,
By distance, medium, circumstance,
In real knowledge we advance.
These things has nature wisely planned
Whereof the proof shall be at hand.
I see the sun: its dazzling glow
Seems but a hand-breadth here below;
But should I see it in its home,
That azure, star-besprinkled dome,
Of all the universe the eye,
Its blaze would fill one half the sky.
The powers of trigonometry
Have set my mind from blunder free.
The ignorant believe it flat;
I make it round, instead of that.
I fasten, fix, on nothing ground it,
And send the earth to travel round it.
In short, I contradict my eyes,
And sift the truth from constant lies.
The mind, not hasty at conclusion,
Resists the onset of illusion,
Forbids the sense to get the better,
And never believes it to the letter.
Between my eyes, perhaps too ready,
And ears as much or more too slow,
A judge with balance true and steady,
I come, at last, some things to know.
Thus when the water crooks a stick,
My reason straightens it as quick
Kind Mistress Reason—foe of error,
And best of shields from needless terror!
The creed is common with our race,
The moon contains a woman's face.
True? No. Whence, then, the notion,
From mountain top to ocean?
The roughness of that satellite,
Its hills and dales, of every grade,
Effect a change of light and shade
Deceptive to our feeble sight;
So that, besides the human face,
All sorts of creatures one might trace.
Indeed, a living beast, I believe,
Has lately been by England seen.
All duly placed the telescope,
And keen observers full of hope,
An animal entirely new,
In that fair planet, came to view.
Abroad and fast the wonder flew;
Some change had taken place on high,
Presaging earthly changes nigh;
Perhaps, indeed, it might betoken
The wars that had already broken
Out wildly over the Continent.
The king to see the wonder went:
(As patron of the sciences,
No right to go more plain than his.)
To him, in turn, distinct and clear,
This lunar monster did appear.
A mouse, between the lenses caged,
Had caused these wars, so fiercely waged!
No doubt the happy English folks
Laughed at it as the best of jokes.
How soon will Mars afford the chance
For like amusements here in France!
He makes us reap broad fields of glory.
Our foes may fear the battle ground;
For us, it is no sooner found,
Than Louis, with fresh laurels crowned,
Bears higher up our country's story.
The daughters, too, of Memory,
The Pleasures and the Graces,
Still show their cheering faces:
We wish for peace, but do not sigh.
The English Charles the secret knows
To make the most of his repose.
And more than this, he'll know the way,
By valour, working sword in hand,
To bring his sea encircled land
To share the fight it only sees today.
Yet, could he but this quarrel quell,
What incense-clouds would grateful swell!
What deed more worthy of his fame!
Augustus, Julius, pray, which Caesar's name
Shines now on story's page with purest flame?
O people happy in your sturdy hearts!
Say, when shall Peace pack up these bloody darts,
And send us all, like you, to softer arts?

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.