Юпитер и Путник

Юпитер и Путник

 

Когда б обеты все, какие в час тревоги
Мы приносить богам готовы без числа,
Не забывалися, едва она прошла,
Обогатились бы тогда наверно боги.
Но забываем мы о долге Небесам,
И памятны одни долги земные нам.
"Юпитер никогда не требует уплаты!
Безбожник говорит. - Не шлет повесток он!"
А грома грозные раскаты?
А потемневший небосклон?

Так Путник на море, в один из ураганов,
Напуган был, и не жалея слов,
Пообещал он сто волов,
Завоевателю Титанов!
(Не обладая ни одним,
И сто слонов мог обещать он тоже,
Что для него не стоило б дороже).
Причалив к берегу, спасен и невредим,
Он из костей устроил всесожженье;
К царю богов от них вознесен дым.
"Юпитер,-молвил он,-вот жертвоприношенье!
Прими его: ведь дымом лишь одним
Величие твое и бескорыстье сыты;
Отныне мы с тобою - квиты!"

Юпитер сделал вид, что посмеялся он;
Чрез неneieuei же дней обманщик видит сон
О том, что в тайнике сокровища зарыты.
Он кинулся туда как на пожар,
Но лишь грабителей нашел он вместо клада.
Моля, чтобы ему дана была пощада,
Он обещал им сто талантов в дар,
В земле зарытых чистоганом.
Но те сочли слова его обманом:
- Приятель, ты шутить задумал невпопад,
Сказал ему один грабитель,
- Умри, и в дар из ста талантов клад
Плутону отнеси в подземную обитель.

 

Перевод О.М. Чуминой

Jupiter et le Passager

 

O combien le péril enrichirait les Dieux,
Si nous nous souvenions des voeux qu'il nous fait faire !
Mais, le péril passé, l'on ne se souvient guère
De ce qu'on a promis aux Cieux :
On compte seulement ce qu'on doit à la terre.
Jupiter, dit l'impie, est un bon créancier :
Il ne se sert jamais d'Huissier.
Eh ! qu'est-ce donc que le tonnerre ?
Comment appelez-vous ces avertissements ?
Un Passager, pendant l'orage,
Avait voué cent boeufs au vainqueur des Titans.
Il n'en avait pas un : vouer cent Eléphants
N'aurait pas coûté davantage.
Il brûla quelques os quand il fut au rivage.
Au nez de Jupiter la fumée en monta.
Sire Jupin, dit-il, prends mon voeu ; le voilà :
C'est un parfum de Boeuf que ta grandeur respire.
La fumée est ta part : je ne te dois plus rien.
Jupiter fit semblant de rire ;
Mais après quelques jours le Dieu l'attrapa bien,
Envoyant un songe lui dire
Qu'un tel trésor était en tel lieu. L'homme au voeu
Courut au trésor comme au feu :
Il trouva des voleurs, et n'ayant dans sa bourse
Qu'un écu pour toute ressource,
Il leur promit cent talents d'or,
Bien comptés, et d'un tel trésor :
On l'avait enterré dedans telle Bourgade.
L'endroit parut suspect aux voleurs, de façon
Qu'à notre prometteur l'un dit : Mon camarade,
Tu te moques de nous, meurs, et va chez Pluton
Porter tes cent talents en don.
Jupiter and the Passenger

 

How danger would the gods enrich,
If we the vows remembered which
It drives us to! But, danger past,
Kind Providence is paid the last.
No earthly debt is treated so.
"Now, Jove," the wretch exclaims, "will wait;
He sends no sheriff to one's gate,
Like creditors below;"
But, let me ask the dolt,
What means the thunderbolt?
A passenger, endangered by the sea,
Had vowed a hundred oxen good
To him who quelled old Terra's brood.
He had not one: as well might he
Have vowed a hundred elephants.
Arrived on shore, his good intents
Were dwindled to the smoke which rose
An offering merely for the nose,
From half a dozen beefless bones.
"Great Jove," said he, "behold my vow!
The fumes of beef you breathest now
Are all your godship ever owns:
From debt I therefore stand acquitted."
With seeming smile, the god submitted,
But not long after caught him well,
By sending him a dream, to tell
Of treasure hid. Off ran the liar,
As if to quench a house on fire,
And on a band of robbers fell.
As but a crown he had that day,
He promised them of sterling gold
A hundred talents truly told;
Directing where concealed they lay,
In such a village on their way.
The rogues so much the tale suspected,
Said one, "If we should suffer you to,
You'd cheaply get us all detected;
Go, then, and bear your gold to Pluto."

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.