Третейский Судья, Брат милосердия и Пустынник

Третейский Судья, Брат милосердия и Пустынник

 

Желая отыскать спасенья двери,
Три человека, все святые в равной мере
И духом преисполнены одним,
Избрали для сего три разные дороги.
А так как все пути приводят в Рим,
То каждый к цели, без тревоги,
Пустился по тропиночке своей.
Один смущался тем, что тяжбы меж людей
Имеют свойство
Плодить тревоги лишь и беспокойства
И тянутся притом года; а так как он
К богатств стяжанью не стремился с жаром,
То вызвался решать все споры даром.
Мы обрекли себя, с тех пор, как есть закон,
За все свои грехи на горькую судьбину
Тягаться нашей жизни половину...
Полжизни? Нет! Порой жизнь нашу целиком!
И Миротворец наш мечтал лишь об одном:
Как в людях истребить подобное влеченье.
Второй святой болящих исцеленье
Задачею избрал, - хвала ему и честь!
Способность облегчать чужих страданий бремя
Всем видам добрых дел готов я предпочесть.
Но те же, что и в наше время,
Больные были и тогда,
И ладить с ними трудно иногда
Бывало Брату милосердья.
Среди упреков он и жалоб вечных жил:
"Как много для других в нем рвенья и усердья!
Они его друзья, а нас он позабыл".
Но что все жалобы такие и укоры
В сравненьи с тем, что вынести пришлось
Тому, кто пожелал решать чужие споры!
Ах! к удовольствию сторон не удалось
Постановить ему решение ни разу:
Всегда чьему-нибудь казалось глазу,
Что был судья не прав
И в правосудия весах была погрешность.
Своих стараний видя безуспешность
И жалобы выслушивать устав,
Спешит в больницу он к товарищу.
Узнали Друзья тут, что один им был сужден удел,
И что отречься лучше им от дел,
Которым оба труд и время посвящали.
Излить свою печаль они приходят в лес.
Там, где средь голых скал бежал источник
чистый,
И где ни ветерок, ни солнца луч с небес
Не проникал под свод тенистый,
Им встретился товарищ третий их.
И просят у него они совета.
- Ищите, - он сказал, - его в себе самих:
Что нужно вам, от вас лишь можно ждать ответа.
Познать самих себя - вот в чем
Долг смертных пред Верховным Существом.
Познали ль вы себя средь суетного света?
Лишь в царстве тишины доступно это нам,
Иначе труд потратим мы напрасно.
Взмутите этот ключ, увидите ль вы там
То, что сейчас в нем отражалось ясно?
-Что видеть мы могли б тогда,
Как темным облаком затмилась бы от ила
Кристально чистая вода?
- Чтобы она опять ваш образ отразила,
Ей надо дать покой.
Мы созерцать себя должны в уединеньи.
Так говорил святой,
И послужил совет его им во спасенье.

Я не хочу сказать, что избегать должны
Мы должностей: ведь если мы больны,
Или судиться страстию объяты,
То нам и доктора нужны, и адвокаты.
Едва ли недостаток будет в них,
Пока к деньгам иль почестям стремленье
Жить будет в людях; но в заботах мелочных
У нас является самих себя забвенье.
Вы, чью заботливость встречаем мы везде,
О сильные земли! вас, средь тревог обычных,
Смущают тысячи случайностей различных:
В дни счастья гордые, дрожащие в беде,
Не видите себя, поверьте, никогда вы,
Да вы и никого не видите вокруг;
Когда ж об этом мысль порой придет вам
вдруг,
Вас тотчас прерывает льстец лукавый.

Я этим завершу свой труд. Таков урок,
Который я векам грядущим завещаю!
Царям и мудрецам его я предлагаю,
И чем бы лучше я закончить мог?

 

Перевод Н. Юрьина

Le Juge arbitre, l'Hospitalier et le Solitaire

 

Trois Saints, également jaloux de leur salut,
Portés d'un même esprit, tendaient à même but.
Ils s'y prirent tous trois par des routes diverses :
Tous chemins vont à Rome : ainsi nos Concurrents
Crurent pouvoir choisir des sentiers différents.
L'un, touché des soucis, des longueurs, des traverses,
Qu'en apanage on voit aux Procès attachés
S'offrit de les juger sans récompense aucune,
Peu soigneux d'établir ici-bas sa fortune.
Depuis qu'il est des Lois, l'Homme, pour ses péchés,
Se condamne à plaider la moitié de sa vie.
La moitié ? les trois quarts, et bien souvent le tout.
Le Conciliateur crut qu'il viendrait à bout
De guérir cette folle et détestable envie.
Le second de nos Saints choisit les Hôpitaux.
Je le loue ; et le soin de soulager ces maux
Est une charité que je préfère aux autres.
Les Malades d'alors, étant tels que les nôtres,
Donnaient de l'exercice au pauvre Hospitalier ;
Chagrins, impatients, et se plaignant sans cesse :
Il a pour tels et tels un soin particulier ;
Ce sont ses amis ; il nous laisse.
Ces plaintes n'étaient rien au prix de l'embarras
Où se trouva réduit l'appointeur de débats :
Aucun n'était content ; la sentence arbitrale
A nul des deux ne convenait :
Jamais le Juge ne tenait
A leur gré la balance égale.
De semblables discours rebutaient l'Appointeur :
Il court aux Hôpitaux, va voir leur Directeur :
Tous deux ne recueillant que plainte et que murmure,
Affligés, et contraints de quitter ces emplois,
Vont confier leur peine au silence des bois.
Là, sous d'âpres rochers, près d'une source pure,
Lieu respecté des vents, ignoré du Soleil,
Ils trouvent l'autre Saint, lui demandent conseil.
Il faut, dit leur ami, le prendre de soi-même.
Qui mieux que vous sait vos besoins ?
Apprendre à se connaître est le premier des soins
Qu'impose à tous mortels la Majesté suprême.
Vous êtes-vous connus dans le monde habité ?
L'on ne le peut qu'aux lieux pleins de tranquillité :
Chercher ailleurs ce bien est une erreur extrême.
Troublez l'eau : vous y voyez-vous ?
Agitez celle-ci. - Comment nous verrions-nous ?
La vase est un épais nuage
Qu'aux effets du cristal nous venons d'opposer.
- Mes Frères, dit le Saint, laissez-la reposer,
Vous verrez alors votre image.
Pour vous mieux contempler demeurez au désert.
Ainsi parla le Solitaire.
Il fut cru ; l'on suivit ce conseil salutaire.
Ce n'est pas qu'un emploi ne doive être souffert.
Puisqu'on plaide, et qu'on meurt, et qu'on devient malade,
Il faut des Médecins, il faut des Avocats.
Ces secours, grâce à Dieu, ne nous manqueront pas :
Les honneurs et le gain, tout me le persuade.
Cependant on s'oublie en ces communs besoins.
O vous dont le Public emporte tous les soins,
Magistrats, Princes et Ministres,
Vous que doivent troubler mille accidents sinistres,
Que le malheur abat, que le bonheur corrompt,
Vous ne vous voyez point, vous ne voyez personne.
Si quelque bon moment à ces pensers vous donne,
Quelque flatteur vous interrompt.
Cette leçon sera la fin de ces Ouvrages :
Puisse-t-elle être utile aux siècles à venir !
Je la présente aux Rois, je la propose aux Sages :
Par où saurais-je mieux finir ?
The Arbiter, the Almoner, and the Hermit

 

Three saints, for their salvation jealous,
Pursued, with hearts alike most zealous,
By routes diverse, their common aim.
All highways lead to Rome: the same
Of heaven our rivals deeming true,
Each chose alone his pathway to pursue.
Moved by the cares, delays, and crosses
Attached to suits by legal process,
One gave himself as judge, without reward,
For earthly fortune having small regard.
Since there are laws, to legal strife
Man damns himself for half his life.
For half? - Three fourths! perhaps the whole!
The hope possessed our umpire's soul,
That on his plan he should be able
To cure this vice detestable.
The second chose the hospitals.
I give him praise: to solace pain
Is charity not spent in vain,
While men in part are animals.
The sick—for things went then as now they go
Gave trouble to the almoner, I trow.
Impatient, sour, complaining ever,
As racked by rheum, or parched with fever,
"His favourites are such and such;
With them he watches over-much,
And lets us die," they say,
Such sore complaints from day to day
Were nothing to those that did await
The reconciler of debate.
His judgments suited neither side;
Forsooth, in either party's view,
He never held the balance true,
But swerved in every cause he tried.
Discouraged by such speech, the arbiter
Betook himself to see the almoner.
As both received but murmurs for their fees,
They both retired, in not the best of moods,
To break their troubles to the silent woods,
And hold communion with the ancient trees.
There, underneath a rugged mountain,
Beside a clear and silent fountain,
A place revered by winds, to sun unknown,
They found the other saint, who lived alone.
Forthwith they asked his sage advice.
"Your own," he answered, "must suffice;
Who but yourselves your wants should know?
To know one's self, is, here below,
The first command of the Supreme.
Have you obeyed among the bustling throngs?
Such knowledge to tranquillity belongs;
Elsewhere to seek were fallacy extreme.
Disturb the water do you see your face?
See we ourselves within a troubled breast?
A murky cloud in such a case,
Though once it were a crystal vase!
But, brothers, let it simply rest,
And each shall see his features there impressed.
For inward thought a desert home is best."
 
Such was the hermit's answer brief;
And, happily, it gained belief.
 
But business, still, from life must not be stricken
Since men will doubtless sue at law, and sicken,
Physicians there must be, and advocates,
Whereof, thank God, no lack the world awaits,
While wealth and honours are the well-known baits.
Yet, in the stream of common wants when thrown,
What busy mortal but forgets his own?
O, you who give the public all your care,
Be it as judge, or prince, or minister,
Disturbed by countless accidents most sinister,
By adverse gales abased, debased by fair,
Yourself you never see, nor see you anything.
Comes there a moment's rest for serious thought,
There comes a flatterer too, and brings it all to nothing.
This lesson seals our varied page:
O, may it teach from age to age!
To kings I give it, to the wise propose;
Where could my labours better close?

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.