Священник и Покойник

Священник и Покойник

 

Мертвец печально совершал
Свой путь в последнее жилище;
В душе ликуя, провожал
Его Священник на кладбище.
Покойник наш на дрогах был везом,
Как следует в дорогу снаряженный
И в ту одежду облеченный,
Которую, увы! мы саваном зовем,
Покойникам зимой служащую и летом.
Священник рядом шел, произнося при этом
Стихи из Библии, псалмы,
Заупокойные моленья
И тропари, и поученья.
"Все дело лишь в вознагражденьи;
Не бойся, отпоем тебя на славу мы!"
И мертвеца, как будто тот был кладом,
Он провожает жадным взглядом
Своих завистливых очей,
И словно говорит он этими словами:
"Вот столько-то мертвец мне принесет деньгами,
Вот столько-то скоплю я от свечей
И столько-то от мелочей
И непредвиденных расходов".
И тут решает он купить, в виду доходов,
Бочонок лучшего окрестного вина,
Обновка миленькой племяннице опрятной
И горничной ее нужна...
Но вдруг, среди мечты приятной,
Он чувствует толчок! Летит свинцовый гроб,
И патеру удар наносит прямо в лоб:
С разбитой головой тот падает на месте...
Идут одной дорогой вместе
И капеллан, и господин.

Вся наша жизнь, надежды и заботы
Напоминают мне не без причин
Того, кто возлагал на мертвого расчеты,
А с ним- "Молочницу, разбившую кувшин".

 

Перевод О. Чюминой

Le Curé et le Mort

 

Un mort s'en allait tristement
S'emparer de son dernier gîte ;
Un Curé s'en allait gaiement
Enterrer ce mort au plus vite.
Notre défunt était en carrosse porté,
Bien et dûment empaqueté,
Et vêtu d'une robe, hélas ! qu'on nomme bière,
Robe d'hiver, robe d'été,
Que les morts ne dépouillent guère.
Le Pasteur était à côté,
Et récitait à l'ordinaire
Maintes dévotes oraisons,
Et des psaumes et des leçons,
Et des versets et des répons :
Monsieur le Mort, laissez-nous faire,
On vous en donnera de toutes les façons ;
Il ne s'agit que du salaire.
Messire Jean Chouart couvait des yeux son mort,
Comme si l'on eût dû lui ravir ce trésor,
Et des regards semblait lui dire :
Monsieur le Mort, j'aurai de vous
Tant en argent, et tant en cire,
Et tant en autres menus coûts.
Il fondait là-dessus l'achat d'une feuillette
Du meilleur vin des environs ;
Certaine nièce assez propette
Et sa chambrière Pâquette
Devaient voir des cotillons.
Sur cette agréable pensée
Un heurt survient, adieu le char.
Voilà Messire Jean Chouart
Qui du choc de son mort a la tête cassée :
Le Paroissien en plomb entraîne son Pasteur ;
Notre Curé suit son Seigneur ;
Tous deux s'en vont de compagnie.
Proprement toute notre vie ;
Est le curé Chouart, qui sur son mort comptait,
Et la fable du Pot au lait.
The Curate and the Corpse

 

A dead man going slowly, sadly,
To occupy his last abode,
A curate by him, rather gladly,
Did holy service on the road.
Within a coach the dead was borne,
A robe around him duly worn,
Of which I wot he was not proud
That ghostly garment called a shroud.
In summer's blaze and winter's blast,
That robe is changeless. It's the last.
The curate, with his priestly dress on,
Recited all the church's prayers,
The psalm, the verse, response, and lesson,
In fullest style of such affairs.
Sir Corpse, we beg you, do not fear
A lack of such things on your bier;
They'll give abundance every way,
Provided only that you pay.
The Reverend John Cabbagepate
Watched over the corpse as if it were
A treasure needing guardian care;
And all the while, his looks elate,
This language seemed to hold:
"The dead will pay so much in gold,
So much in lights of molten wax,
So much in other sorts of tax"
With all he hoped to buy a cask of wine,
The best which thereabouts produced the vine.
A pretty niece, on whom he doted,
And eke his chambermaid, should be promoted,
By being newly petticoated.
The coach upset, and dashed to pieces,
Cut short these thoughts of wine and nieces!
There lay poor John with broken head,
Beneath the coffin of the dead!
His rich, parishioner in lead
Drew on the priest the doom
Of riding with him to the tomb!
The Pot of Milk, and fate
Of Curate Cabbagepate,
As emblems, do but give
The history of most that live.

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.