Смерть и Лесоруб

Крестьянин и Смерть

 

Набрав валежнику порой холодной, зимней,
Старик, иссохший весь от нужды и трудов,
Тащился медленно к своей лачужке дымной,
Кряхтя и охая под тяжкой ношей дров.
Нёс, нёс он их и утомился,
Остановился,
На землю с плеч спустил дрова долой,
Присел на них, вздохнул и думал сам с собой:
«Куда я беден, Боже мой!
Нуждаюся во всём; к тому ж жена и дети,
А там подушное, боярщина, оброк…
И выдался ль когда на свете
Хотя один мне радостный денёк?»
В таком унынии, на свой пеняя рок,
Зовёт он Смерть: она у нас не за горами,
А за плечами.
Явилась вмиг
И говорит: «Зачем ты звал меня, старик?»
Увидевши её свирепую осанку,
Едва промолвить мог бедняк, оторопев:
«Я звал тебя, коль не во гнев,
Чтоб помогла ты мне поднять мою вязанку».

Из басни сей
Нам видеть можно,
Что как бывает жить ни тошно,
А умирать ещё тошней.

 

Перевод И. А. Крылова

La Mort et le Bûcheron 

 

Un pauvre bûcheron tout couvert de ramée,
Sous le faix du fagot aussi bien que des ans
Gémissant et courbé marchait à pas pesants,
Et tâchait de gagner sa chaumine enfumée.
Enfin, n’en pouvant plus d’effort et de douleur,
Il met bas son fagot, il songe à son malheur.
Quel plaisir a-t-il eu depuis qu’il est au monde ?
En est-il un plus pauvre en la machine ronde ?
Point de pain quelquefois, et jamais de repos :
Sa femme, ses enfants, les soldats, les impôts,
Le créancier, et la corvée
Lui font d’un malheureux la peinture achevée.
Il appelle la Mort, elle vient sans tarder,
Lui demande ce qu’il faut faire
“C’est, dit-il, afin de m’aider
À recharger ce bois ; tu ne tarderas guère.”

 

Le trépas vient tout guérir ;
Mais ne bougeons d’où nous sommes.
Plutôt souffrir que mourir,
C’est la devise des hommes.
Death and the Woodman 

 

A poor wood-chopper, with his fagot load,
Whom weight of years, as well as load, oppressed,
Sore groaning in his smoky hut to rest,
Trudged wearily along his homeward road.
At last his wood on the ground he throws,
And sits him down to think over all his woes.
To joy a stranger, since his hapless birth,
What poorer wretch on this rolling earth?
No bread sometimes, and never a moment's rest;
Wife, children, soldiers, landlords, public tax,
All wait the swinging of his old, worn axe,
And paint the veriest picture of a man unblest.
On Death he calls. Forthwith that monarch grim
Appears, and asks what he should do for him.
"Not much, indeed; a little help I lack
To put these fagots on my back."
Death ready stands all ills to cure;
But let us not his cure invite.
Than die, it's better to endure,
Is both a manly maxim and a right.

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.