Нечестный Сберегатель

Нечестный Сберегатель

 

Животных мир и нравы
Я в баснях воспевал;
Иной сюжет бы дал,
Быть может, меньше славы.
Волк говорит, как бог,
В моих произведеньях;
Везде, где я лишь мог,
Во всяких положеньях,
Животные, в стихах,
Людей изображали,
И умных в дураках
Нередко оставляли.
Я выводил на сцену
Одних другим на смену:
Обманщиков, льстецов,
Мошенников, тиранов,
Разумников, болванов,
И мог бы тьму лжецов
Без всякого стесненья
Прибавить в дополненье:
Из нас ведь всякий лжец,
Как говорит мудрец.
Решил он осторожно
Про люд один простой;
Иначе б невозможно
Терпеть порок такой.
И я бы в возмущеньи
Всегда протестовал,
Нечестный Сберегатель
Когда б мне кто сказал,
Что лгут без исключенья
Все люди. Ложь и ложь
Не все одно и то ж.
Великими лгунами
Эзоп был и Гомер,
Но вряд ли между нами
Найдётся лицемер,
Который смел назвать бы
Лжецами мудрецов!
Нам правды не познать бы
Без этаких лжецов.
Всё в них: очарованье,
Восторги красоты,
И сладкое мечтанье,
И прелесть простоты.
Бессмертны их созданья;
И, как они, зато,
При всём своём желаньи,
Не лгал ещё никто.
Но лгать без размышленья,
Молоть нелепый вздор,
Как Сберегатель вор,
Не надобно уменья.
Вот дело в чём. Торговлей занимаясь
И в путь по Делу отправляясь,
Один купец соседу своему
Железо отдал на храненье.
Срок миновал, и вот к нему
Купец пришёл по возвращеньи.
«Моё железо?» — он сказал.
«Железо, — отвечал сосед, — пропало!
Я, признаюсь вам, оплошал,
И крыса всё его сожрала.
Я разбранил своих людей,
Но что поделаешь? Осталось
На чердаке пять-шесть щелей,
И крыса через них пробралась…
Купец немало удивился
Вранью соседа своего,
Но тотчас ловко притворился,
Что верит он словам его.
Спустя немного дней он ловко похищает
Ребёнка у соседа и потом
К себе соседа в дом
Отужинать радушно приглашает.
«Увольте, — говорит расстроенный отец, —
Не до веселья мне. Внезапное несчастье
Обрушил на меня Творец;
Примите вы во мне участье!
Я сына своего без меры обожал,
И вот вчера его украли!
Предела нет моей печали…» —
«Вчера я вечером видал,
Как сына вашего когтями подхватила
Сова огромная и быстро утащила
В развалины» — купец ему сказал.
«Хотите вы, чтоб я поверил в чудо!
Ребёнок весит мой два пуда…
Какая же сова с ним совладает?
Он сам скорей сову поймает». —
«Не знаю как, — соседу возразил
Купец, — но видел я глазами;
И не пойму, чем поразил
Я вас! какими чудесами?
Прошу вас, объясните мне,
Что странного, что в той стране,
Где крыса у меня железо съела,
Сова с ребёнком улетела?»
Тогда сосед тотчас же догадался,
К чему тот речь клонил, и в воровстве сознался,
Купцу железо возвратил,
И сына своего обратно получил.

Между двумя туристами подобный
Случился спор. Один из них был враль,
Из тех вралей, которым что угодно
Сейчас же выдумать составит труд едва ль;
Мой враль мог послужить другим вралям примером.
«Я видел, — он сказал, — кочан капусты с дом».
«А я, — сказал другой, — горшок с собор размером! —
Смеяться первый стал. — Посмейтеся потом!
Такой горшок пришлось соорудить,
Чтоб ваш кочан сварить!..»

С горшком ответ смешон; с железом похитрее.
Когда заврётся враль, стараться уличить
Его во лжи — бесцельно, и умнее
В ответ тотчас же сочинить
Враньё ещё сильнее.

 

Перевод А. Зарина

Le Dépositaire infidèle

 

Grâce aux Filles de Mémoire,
J'ai chanté des animaux ;
Peut-être d'autres Héros
M'auraient acquis moins de gloire.
Le Loup en langue des Dieux
Parle au Chien dans mes ouvrages ;
Les Bêtes à qui mieux mieux
Y font divers personnages ;
Les uns fous, les autres sages,
De telle sorte pourtant
Que les fous vont l'emportant ;
La mesure en est plus pleine.
Je mets aussi sur la Scène
Des Trompeurs, des Scélérats,
Des Tyrans et des Ingrats,
Mainte imprudence pécore,
Force Sots, force Flatteurs ;
Je pourrais y joindre encore
Des légions de menteurs :
Tout homme ment, dit le Sage.
S'il n'y mettait seulement
Que les gens du bas étage,
On pourrait aucunement
Souffrir ce défaut aux hommes ;
Mais que tous tant que nous sommes
Nous mentions, grand et petit,
Si quelque autre l'avait dit,
Je soutiendrais le contraire ;
Et même qui mentirait
Comme Esope et comme Homère,
Un vrai menteur ne serait.
Le doux charme de maint songe
Par leur bel art inventé,
Sous les habits du mensonge
Nous offre la vérité.
L'un et l'autre a fait un livre
Que je tiens digne de vivre
Sans fin, et plus, s'il se peut :
Comme eux ne ment pas qui veut.
Mais mentir comme sut faire
Un certain Dépositaire,
Payé par son propre mot,
Est d'un méchant et d'un sot.
Voici le fait. Un trafiquant de Perse,
Chez son voisin, s'en allant en commerce,
Mit en dépôt un cent de fer un jour.
Mon fer, dit-il, quand il fut de retour.
- Votre fer ? Il n'est plus. J'ai regret de vous dire
Qu'un Rat l'a mangé tout entier.
J'en ai grondé mes gens : mais qu'y faire ? un Grenier
A toujours quelque trou. Le trafiquant admire
Un tel prodige, et feint de le croire pourtant.
Au bout de quelques jours, il détourne l'enfant
Du perfide voisin ; puis à souper convie
Le père qui s'excuse, et lui dit en pleurant :
Dispensez-moi, je vous supplie :
Tous plaisirs pour moi sont perdus.
J'aimais un fils plus que ma vie ;
Je n'ai que lui ; que dis-je ? hélas ! je ne l'ai plus.
On me l'a dérobé. Plaignez mon infortune.
Le Marchand repartit : Hier au soir sur la brune
Un chat-huant s'en vint votre fils enlever.
Vers un vieux bâtiment je le lui vis porter.
Le père dit : Comment voulez-vous que je croie
Qu'un hibou pût jamais emporter cette proie ?
Mon fils en un besoin eût pris le Chat-huant.
- Je ne vous dirai point, reprit l'autre, comment ;
Mais enfin je l'ai vu, vu de mes yeux, vous dis-je,
Et ne vois rien qui vous oblige
D'en douter un moment après ce que je dis.
Faut-il que vous trouviez étrange
Que les Chats-huants d'un pays
Où le quintal de fer par un seul Rat se mange,
Enlèvent un garçon pesant un demi-cent ?
L'autre vit où tendait cette feinte aventure :
Il rendit le fer au Marchand,
Qui lui rendit sa géniture.
Même dispute avint entre deux voyageurs.
L'un d'eux était de ces conteurs
Qui n'ont jamais rien vu qu'avec un microscope.
Tout est Géant chez eux. Ecoutez-les, l'Europe,
Comme l'Afrique aura des monstres à foison.
Celui-ci se croyait l'hyperbole permise.
J'ai vu, dit-il, un chou plus grand qu'une maison.
- Et moi, dit l'autre, un pot aussi grand qu'une Eglise.
Le premier se moquant, l'autre reprit : Tout doux ;
On le fit pour cuire vos choux.
L'homme au pot fut plaisant ; l'homme au fer fut habile.
Quand l'absurde est outré, l'on lui fait trop d'honneur
De vouloir par raison combattre son erreur ;
Enchérir est plus court, sans s'échauffer la bile.
The Faithless Depositary

 

Thanks to Memory's daughters nine,
Animals have graced my line:
Higher heroes in my story
Might have won me less of glory.
Wolves, in language of the sky,
Talk with dogs throughout my verse;
Beasts with others shrewdly vie,
Representing characters;
Fools in furs not second-hand,
Sages, hoofed or feathered, stand:
Fewer truly are the latter,
More the former-ay, and fatter.
Flourish also in my scene
Tyrants, villains, mountebanks,
Beasts incapable of thanks,
Beasts of rash and reckless pranks,
Beasts of sly and flattering mien;
Troops of liars, too, I believe.
As to men, of every age,
All are liars, says the sage.
Had he writ but of the low,
One could hardly think it so;
But that human mortals, all,
Lie like serpents, great and small,
Had another certified it,
I, for one, should have denied it.
He who lies in Aesop's way,
Or like Homer, minstrel gray,
Is no liar, sooth to say.
Charms that bind us like a dream,
Offspring of their happy art,
Cloaked in fiction, more than seem
Truth to offer to the heart.
Both have left us works which I
Think unworthy ever to die.
Liar call not him who squares
All his ends and aims with theirs;
But from sacred truth to vary,
Like the false depositary,
Is to be, by every rule
Both a liar and a fool.
The story goes:
A man of trade,
In Persia, with his neighbour made
Deposit, as he left the state,
Of iron, say a hundredweight.
Returned, said he, "My iron, neighbour."
"Your iron! you have lost your labour;
I grieve to say it, pon my soul,
A rat has eaten up the whole.
My men were sharply scolded at,
But yet a hole, in spite of that,
Was left, as one is wont to be
In every barn or granary,
By which crept in that cursed rat."
Admiring much the novel thief,
The man affected full belief.
Before long, his faithless neighbour's child
He stole away, a heavy lad,
And then to supper bade the dad,
Who thus plead off in accents sad:
"It was but yesterday I had
A boy as fine as ever smiled,
An only son, as dear as life,
The darling of myself and wife.
Alas! we have him now no more,
And every joy with us is over."
Replied the merchant, "Yesternight,
By evening's faint and dusky ray,
I saw a monstrous owl alight,
And bear your darling son away
To yonder tott'ring ruin gray."
"Can I believe you, when you say
An owl bore off: so large a prey?
How could it be?" the father cried;
"The thing is surely quite absurd;
My son with ease had killed the bird."
"The how of it," the man replied,
"Is not my province to decide;
I know I saw your son arise,
Borne through, the air before my eyes.
Why should it seem a strange affair,
Moreover, in a country where
A single rat contrives to eat
A hundred pounds of iron meat,
That owls should be of strength to lift you
A booby boy that weighs but fifty?"
The other plainly saw the trick,
Restored the iron very quick.
And got, with shame as well as joy,
Possession of his kidnapped boy.
The like occurred two travellers between.
One was of those
Who wear a microscope, I believe,
Each side the nose.
Would you believe their tales romantic,
Our Europe, in its monsters, beats
The lands that feel the tropic heats,
Surcharged with all that is gigantic.
This person, feeling free
To use the trope hyperbole,
Had seen a cabbage with his eyes
Exceeding any house in size.
"And I have seen," the other cries,
Resolved to leave his fellow in the lurch,
"A pot that would have held a church.
Why, friend, don't give that doubting look,
The pot was made your cabbages to cook."
This pot discovarer was a wit;
The iron monger, too, was wise.
To such absurd and ultra lies
Their answers were exactly fit.
it were doing honour overmuch,
To reason or dispute with such.
To overbid them is the shortest path,
And less provocative of wrath.

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.