Кролики

Кролики

 

Герцогу Ларошфуко

Я часто мог сказать, к какой зверей породе
Принадлежат иные из людей;
Среди животных и зверей
Они близки им по природе.
Король не менее, чем подданный, грешит
И добродетелей не более имеет.
Природа все дары распределить умеет
И каждое созданье наградить
Какой-нибудь крупицей, чтоб по ней
Пытливому уму характер был видней.
Понятно, про людей я речь свою веду,
И в поясненье слов пример вам приведу.

В час раннего рассвета, на краю
Большого леса, я на дерево взобрался,
И с высоты его с величием смотрю
Вокруг себя. Случайно оказался
Над Кроликами я. Бедняжки ничьего
Внезапного не ждали нападенья.
Юпитер новый, я с Олимпа своего
Мог их стрелять на выбор, без стесненья.
Я вижу, как они, беспечно веселясь,
Играют, прыгают в вереске.
Стреляю я, и при внезапном треске
Рассыпались они, за жизнь свою боясь,
Искать спасения по норкам под корнями.
Но час, другой прошел, - внезапный страх забыт,
И вновь они идут беспечными толпами,
И снова между них веселие царит.

Не так же ль средь людей? В смятеньи под грозою
Рассыпавшись, они сбираются опять,
Стремятся к берегу пристать,
Чтоб снова ветром и волною
Быть разметенными.... Как Кролики, толпой,
Беспечные, они бессильны пред судьбой.
Другой еще пример из жизни обыденной.
Когда несчастный пес, судьбою обойденный,
Проходит мимо псарни, - что за гам
Ему несется по следам!
Собаки, трепеща от жадности и злости,
Ревут и лязгают зубами вслед ему,
Чтоб не пустить непрошеного гостя
К жилищу своему!
Не то же ль средь людей? Правители, вельможи,
Простые смертные - на тех же псов похожи.
Мы, как они, готовы разорвать
Внезапного пришельца, опасаясь,
Чтоб не пришлось с ним разделять
Того, чем мы живимся, наслаждаясь.
Кокоток и писателей сюда
Я причисляю без труда:
Несчастье между них вдруг новичку явиться!..
Игра известная: так надо приловчиться,
Чтоб подле пирога лишь нескольким стоять
И уж других к нему не подпускать!..
Примеров сотнями я мог бы вам привесть,
Но надо знать и честь.
Спасенье - в краткости; и в лучшем сочиненье
Необходимо опущенье,
Чтоб пищу дать читателя уму.
Кончаю басню посему.

Вы, скромность чья равняться только может
С величием души; которого хвала
Поэта скромного конфузит и тревожит,
Хотя она ничтожна и мала
Перед заслугами! Вы, коему обязан
Своим покоем я и с именем кого
Я благодарностью до гроба буду связан,
Чьих добродетелей не опроверг никто!
Я счастлив, что добился разрешенья,
Чтоб ваше имя было почтено,
И чтоб оно моим произведеньем
Векам на память было предано
То имя, что стране, богатой именами
Прославленных мужей, честь делает собой
Перед потомством и веками
Своей духовной красотой.

 

Перевод А. Зарина

Les Lapins 

 

Discours à Monsieur Le duc de La Rochefoucauld

Je me suis souvent dit, voyant de quelle sorte
L'homme agit et qu'il se comporte
En mille occasions, comme les animaux :
Le Roi de ces gens-là n'a pas moins de défauts
Que ses sujets, et la nature
A mis dans chaque créature
Quelque grain d'une masse où puisent les esprits :
J'entends les esprits corps, et pétris de matière.
Je vais prouver ce que je dis.
A l'heure de l'affût, soit lorsque la lumière
Précipite ses traits dans l'humide séjour,
Soit lorsque le Soleil rentre dans sa carrière,
Et que, n'étant plus nuit, il n'est pas encor jour,
Au bord de quelque bois sur un arbre je grimpe ;
Et nouveau Jupiter du haut de cet olympe,
Je foudroie, à discrétion,
Un lapin qui n'y pensait guère.
Je vois fuir aussitôt toute la nation
Des lapins qui sur la bruyère,
L'oeil éveillé, l'oreille au guet,
S'égayaient, et de thym parfumaient leur banquet.
Le bruit du coup fait que la bande
S'en va chercher sa sûreté
Dans la souterraine cité ;
Mais le danger s'oublie, et cette peur si grande
S'évanouit bientôt. Je revois les lapins
Plus gais qu'auparavant revenir sous mes mains.
Ne reconnaît-on pas en cela les humains ?
Dispersés par quelque orage,
A peine ils touchent le port
Qu'ils vont hasarder encor
Même vent, même naufrage.
Vrais lapins, on les revoit
Sous les mains de la fortune.
Joignons à cet exemple une chose commune.
Quand des chiens étrangers passent par quelque endroit,
Qui n'est pas de leur détroit,
Je laisse à penser quelle fête.
Les chiens du lieu n'ayants en tête
Qu'un intérêt de gueule, à cris, à coups de dents,
Vous accompagnent ces passants
Jusqu'aux confins du territoire.
Un intérêt de biens, de grandeur, et de gloire,
Aux Gouverneurs d'Etats, à certains courtisans,
A gens de tous métiers en fait tout autant faire.
On nous voit tous, pour l'ordinaire,
Piller le survenant, nous jeter sur sa peau.
La coquette et l'auteur sont de ce caractère ;
Malheur à l'écrivain nouveau.
Le moins de gens qu'on peut à l'entour du gâteau,
C'est le droit du jeu, c'est l'affaire.
Cent exemples pourraient appuyer mon discours ;
Mais les ouvrages les plus courts
Sont toujours les meilleurs. En cela j'ai pour guides
Tous les maîtres de l'art, et tiens qu'il faut laisser
Dans les plus beaux sujets quelque chose à penser :
Ainsi ce discours doit cesser.
Vous qui m'avez donné ce qu'il a de solide,
Et dont la modestie égale la grandeur,
Qui ne pûtes jamais écouter sans pudeur
La louange la plus permise,
La plus juste et la mieux acquise,
Vous enfin dont à peine ai-je encore obtenu
Que votre nom reçût ici quelques hommages,
Du temps et des censeurs défendant mes ouvrages,
Comme un nom qui, des ans et des peuples connu,
Fait honneur à la France, en grands noms plus féconde
Qu'aucun climat de l'Univers,
Permettez-moi du moins d'apprendre à tout le monde
Que vous m'avez donné le sujet de ces Vers.
The Rabbits 

 

An Address To The Duke De La Rochefoucauld.
 
While watching man in all his phases,
And seeing that, in many cases,
He acts just like the brute creation,
I have thought the lord of all these races
Of no less failings showed the traces
Than do his lieges in relation;
And that, in making it, Dame Nature
Has put a spice in every creature
From off the self same spirit stuff
Not from the immaterial,
But what we call ethereal,
Refined from matter rough.
An illustration please to hear.
Just on the still frontier
Of either day or night,
Or when the lord of light
Reclines his radiant head
On his watery bed,
Or when he dons the gear,
To drive a new career,
While yet with doubtful sway
The hour is ruled "between night and day,
Some border forest tree I climb;
And, acting Jove, from height sublime
My fatal bolt at will directing,
I kill some rabbit unsuspecting.
The rest that frolicked on the heath,
Or browsed the thyme with dainty teeth,
With open eye and watchful ear,
Behold, all scampering from beneath,
Instinct with mortal fear.
All, frightened simply by the sound,
Hie to their city underground.
But soon the danger is forgot,
And just as soon the fear lives not:
The rabbits, gayer than before,
I see beneath my hand once more!
Are not mankind well pictured here?
By storms asunder driven,
They scarcely reach their haven,
And cast their anchor, before
They tempt the same dread shocks
Of tempests, waves, and rocks.
True rabbits, back they frisk
To meet the self same risk!
I add another common case.
When dogs pass through a place
Beyond their customary bounds,
And meet with others, curs or hounds,
Imagine what a holiday!
The native dogs, whose interests centre
In one great organ, termed the venter,
The strangers rush at, bite, and bay;
With cynic pertness tease and worry,
And chase them off their territory.
So, too, do men. Wealth, grandeur, glory,
To men of office or profession,
Of every sort, in every nation,
As tempting are, and sweet,
As is to dogs the refuse meat.
With us, it is a general fact,
One sees the latest come attacked,
And plundered to the skin.
Coquettes and authors we may view,
As samples of the sin;
For woe to belle or writer new!
The fewer eaters round the cake,
The fewer players for the stake,
The surer each one's self to take.
A hundred facts my truth might test;
But shortest works are always best.
In this I but pursue the chart
Laid down by masters of the art;
And, on the best of themes, I hold,
The truth should never all be told.
Hence, here my sermon ought to close.
O you, to whom my fable owes
Whatever it has of solid worth,
Who, great by modesty as well as birth,
Have ever counted praise a pain,
Whose leave I could so ill obtain
That here your name, receiving homage,
Should save from every sort of damage
My slender works which name, well known
To nations, and to ancient Time,
All France delights to own;
Herself more rich in names sublime
Than any other earthly clime;
Permit me here the world to teach
That you have given my simple rhyme
The text from which it dares to preach.

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.