Госпоже де Монтеспан

Госпоже де Монтеспан

 

Богам обязаны мы дивным даром басен;
А если смертного уму благодаря
Мы обладаем им, - настолько он прекрасен,
Что мудрый смертный тот достоин алтаря.
Волшебный этот дар исполнен обаянья,
К себе влекут чудесные сказанья
Сердец вниманье и умов,
И к ним нас дивные приковывают узы.
Коль скоро место для смиренной Музы
Моей нашлось на пиршестве богов,
Молю, Олимпия, чьим несравненным чарам
Подчинено все в мире, - с высоты
Брось на нее взор благосклонный ты,
И Музу не отринь с ее посильным даром.
Своим вниманием сама
Ты поощри игру ума,
И Время, все вокруг губящее сурово,
В трудах моих мне жизнь дарует снова:
Кто самого себя захочет пережить,
Тот похвалу твою обязан заслужить.
Лишь от тебя я жду стихам награды:
В твореньях наших красоты
Тебе известны все малейшие черты.
Пленительны слова твои и взгляды;
Кому ж прекрасного быть лучшим знатоком?
На этот путь я Музою влеком;
Но воспевать хвалу тебе не смею:
Тебя прославить лирою своею
В удел певцу великому дано.
А я, Олимпия, прошу о разрешенье:
Лишь именем твоим да будет суждено
Украсить мне последнее творенье,
И тем спасти его в грядущем от забвенья.
И в будущем, на зависть несмотря
Врагов моих, тебе благодаря,
Удастся заслужить ему вниманье мира.
Пусть милости такой моя не стоит лира,
Ее прошу во имя басни я:
Сильна над нами власть ея,
И если ей обязан счастьем буду
Я угодить тебе, обязан ей возвесть
В награду храм; но храмы только в честь
Тебя одной хочу я строить всюду.

 

Перевод О. Чюминой

Avertissement à Madame de Montespan

 

L'apologue est un don qui vient des Immortels;
Ou, si c'est un présent des hommes,
Quiconque nous l'a fait mérite des autels:
Nous devons, tous tant que nous sommes,
Eriger en divinité
Le sage par qui fut ce bel art inventé.
C'est proprement un charme: il rend l'âme attentive,
Ou plutôt il la tient captive,
Nous attachant à des récits
Qui mènent à son gré les coeurs et les esprits.
O vous qui l'imitez, Olympe, si ma muse
A quelquefois pris place à la table des dieux,
Sur ses dons aujourd'hui, daignez porter les yeux;
Favorisez les jeux où mon esprit s'amuse.
Le temps qui détruit tout, respectant votre appui,
Me laissera franchir les ans dans cet ouvrage:
Tout auteur qui voudra vivre encore après lui
Doit s'acquérir de votre suffrage.
C'est de vous que mes vers attendent tout leur prix:
Il n'est beauté dans nos écrits
Dont vous ne connaissiez jusques aux moindres traces.
Eh! Qui connait que vous les beautés et les grâces?
Paroles et regards, tout est charme dans vous.
Ma muse, en un sujet si doux,
Voudrait s'étendre davantage;
Mais il faut réserver à d'autres cet emploi;
Et d'un plus grand maître que moi
Votre louange est le partage.
Olympe, c'est assez qu'à mon dernier ouvrage
Votre nom serve un jour de rempart et d'abri.
Protégez désormais le livre favori
Par qui j'ose espérer une seconde vie;
Sous vos seuls auspices ces vers
Seront jugés, malgré l'envie,
Dignes des yeux de l'univers.
 
Je ne mérite pas une faveur si grande.
La fable en son nom la demande:
Vous savez quel crédit ce mensonge a sur nous.
S'il procure à mes vers le bonheur de vous plaire,
Je croirai lui devoir un temple pour salaire:
Mais je ne veux bâtir des temples que pour vous.
To Madame De Montespan 

 

The apologue is from the immortal gods;
Or, if the gift of man it is,
Its author merits apotheosis.
Whoever magic genius lauds
Will do what in him lies
To raise this art's inventor to the skies.
It has the potence of a charm,
On dulness lays a conquering arm,
Subjects the mind to its control,
And works its will on the soul.
O lady, armed with equal power,
If ever within celestial bower,
With messmate gods reclined,
My muse ambrosially has dined,
Lend me the favour of a smile
On this her playful toil.
If you support, the tooth of time will shun,
And let my work the envious years outrun.
If authors would themselves survive,
To gain your suffrage they should strive.
On you my verses wait to get their worth;
To you my beauties all will owe their birth,
For beauties you will recognize
Invisible to other eyes.
Ah! who can boast a taste so true,
Of beauty or of grace,
In either thought or face?
For words and looks are equal charms in you.
On a theme so sweet, the truth to tell,
My muse would gladly dwell:
But this employ to others I must yield;
A greater master claims the field.
For me, fair lady, it were enough
Your name should be my wall and roof.
Protect henceforth the favoured book
Through which for second life I look.
In your auspicious light,
These lines, in envy's spite,
Will gain the glorious meed,
That all the world shall read.
It's not that I deserve such fame;
I only ask in Fable's name,
(You know what credit that should claim;)
And, if successfully I sue,
A fane will be to Fable due,
A thing I would not build—except for you.

Реклама

Недавние Посты

Реклама

Комментарии закрыты.