Глупая пани и “разумный” пан

Глупая пани и "разумный" пан

 

Ну вот, жил в деревне мужик. Ко всему ухватистый. Что ни задумает, то и сделает. И все ему легко удавалось.

Захотелось ему однажды над панами посмеяться. Пришел он на панский двор. Смотрит - ходит по двору белая свинья с поросятами. Снял мужик шапку, начал свинье кланяться.

Увидела это пани с балкона.

- Ты чего, мужик, кланяешься моей Белянке? Почесал мужик затылок и говорит озабоченно:

- Видишь, паночка, дело-то какое: ваша свинья Белянка доводится моей Рябке родною теткой. Рябка замуж выходит, вот и прислала она меня просить тетку на свадьбу. А тетка все привередничает, не хочет идти. Вот я и кланяюсь ей.

- А я и не знала, что у моей Белянки племянница есть! - удивляется пани.

- Есть, есть! - говорит мужик. - Она тоже добрая, тихая да смирная, как и тетка ее.

- А ты как - поведешь ее или повезешь? - спрашивает пани.

- Поведу, паночка: везти-то ведь не на чем.

- А поросята как - дома останутся?

- Нет, паночка. Рябка приглашала тетку вместе с детками.

- Да они ведь еще маленькие, дойдут ли?

- Что верно, то верно, паночка, - говорит мужик, - могут, пожалуй, и не дойти: дорога-то неблизкая.

- Так я велю, чтобы лошадь запрягли.

- Понятно, паночка, на возу им лучше было бы: как-никак поросята они не простые, а панские.

Вмиг подали мужику повозку. Связал он Белянку, положил ее на повозку, а поросят сунул в мешок.

- А скоро ли ждать Белянку с детками со свадьбы? - спрашивает пани.

- Да после дождика в четверг, - отвечает мужик.

Сел он на повозку и поехал домой.

Вернулся пан с охоты. Вот пани ему и рассказала, что их Белянка на свадьбу к племяннице поехала, а вернется после дождика в четверг.

- Ах, - говорит пан, - какая ж ты глупая! Обманул ведь тебя мужик: пропадет и свинья с поросятами, и повозка. Ну да меня-то он не обдурит!

Велел пан запрячь тройку лошадей, сел с кучером и помчался мужика догонять.

Летит тройка по дороге, только пыль столбом стоит да колокольчик под дугою звенит.

Услыхал мужик колокольчик и думает; “А не погоня ли это?” Повернул лошадь в лес, привязал ее к дереву. А сам вышел на дорогу, накрыл жабу шапкой и сел рядом, держит обеими руками шапку.

Подъезжает пан.

- Давай дорогу! - кричит мужику.

- Нет, панок, - говорит мужик, - уж вы объезжайте, а мне сойти с этого места нельзя.

Объехал пан, потом остановился и спрашивает;

- Эй, мужик, а не видал ли тут человека со свиньей и поросятами?

- Видел, пане.

- А ты не знаешь, куда он поехал?

- Знаю, панок.

- Так укажи нам дорогу.

- Не могу, панок, рук поднять. Я лучше вам расскажу: езжайте прямо, потом поверните крутокруто направо, потом круто-круто налево и так дальше.

Спрашивает пан у кучера:

- Ты понял?

- Нет, пане.

Пан тогда спрашивает у мужика:

- А ты мог бы его догнать?

- А почему ж не догнать! Я его вмиг бы догнал!

- Так догони, я тебе заплачу.

- Не могу.

- Почему?

- Да вот дело-то какое: ехал этой дорогой мой пан, повстречался по пути с другим паном, а тот и подарил ему заморского щегла. Вот пан и велел мне щегла этого стеречь, пока он не вернется.

- Ну так езжай с моим кучером, а щегла я постерегу, - говорит пан.

- Нет, пане, не могу - ты щегла выпустишь, тогда мне беда будет.

- Ну так я буду стеречь его с кучером, а ты догоняй один.

- Нет, не могу...

- Ну, так на тебе сто рублей - только догоняй. Подумал мужик и говорит;

- Ладно. Но только ж смотрите - крепко шапку держите, чтоб щегол-то не вылетел!

Взял мужик сто рублей, сел в панскую карету и поехал. По дороге отвязал колокольчик, заехал в лес, взял повозку с Белянкой и двинулся домой.

Сидят пан с кучером над шапкою час - нет мужика, сидят другой - никого не слышно. Кучер покачал головой и говорит:

- Пани глупая - отдала мужику лошадь с Белянкой и поросятами, а пан еще поглупей: отдал за какого-то заморского щегла тройку лучших лошадей с каретою да еще сто рублей впридачу.

Обозлился пан:

- Что ты мелешь, болван! Не может того быть, чтобы мужик меня перехитрил! Если я дам объявление, то сразу узнаю, чей это щегол, а тогда найду и мужика.

Сидели они, сидели над шапкой, а тут и завечерело уже.

Кучер и говорит:

- Пане, есть хочется. Пора бы домой. Пану тоже есть захотелось, да и руки занемели. Он и говорит:

- Заберем щегла и пойдем. А там я уж мужика этого найду! Ну, я подыму шапку, а ты хватай щегла.

- Ой, пане, - дрожит кучер, - боюсь я, еще выпущу.

- Ну, так ты подымай шапку, а я ловить буду. Я не такой разява, как ты!

Приподнял кучер шапку, а пан хвать обеими руками за жабу! Огляделся да как закричит, как замашет руками...

А кучер смеется:

- А не говорил я, что пани глупая, а пан еще поглупей!

- Молчи, - просит пан кучера, - хоть пани не говори...

И потащился пан домой, ровно мыла наелся.

Дурная пані і «разумны» пан

 

Быў адзін мужык. Да ўсяго спрыцён. Што ні надумаецца — тое і зробіць. І ўсё яму гладка ўдавалася.

Захацелася яму з паноў пажартаваць. Пайшоў ён на панскі двор. Бачыць: ходзіць па двары белая свіння з парасятамі. Мужык зняў шапку, пачаў кланяцца свінні.

Убачыла гэта пані з балкона.

— Чаго ты, мужык, кланяешся маёй Белцы? — пытаецца.

Мужык пачухаў патыліцу ды кажа заклапочана:

— Бачыш, панечка, справа якая: ваша Белка даводзіцца маёй Рабцы роднай цёткай. Рабка выходзіць замуж, дык прыслала мяне запрасіць цётку на вяселле. А цётка нешта ўсё гнецца, не хоча ісці. Вось я ёй і кланяюся...

— А я і не ведала, што ў маёй Белкі ёсць пляменніца! — здзівілася пані.

— Ёсць, ёсць! — кажа мужык.— Яна такая ж добрая, ціхая ды рахманая, як і яе цётка.

— Дык як жа ты яе — павядзеш ці павязеш? — пытаецца пані.

— Павяду, панечка: няма ў мяне на чым везці.

— А парасяты як — дома застануцца?

— Не, панечка. Рабка запрашала цётку з дзеткамі...

— Дык жа яны малыя: ці дойдуць?

— Так, так, панечка,— кажа мужык,— могуць і не дайсці: дарога не блізкая.

— Дык я загадаю, каб запрэглі каня.

— Вядома, панечка, на возе ім лепш было б: ўсё ж яны не простыя парасяты, а панскія.

Тут як бачыш падалі мужыку павозку. Звязаў ён Белку, палажыў на воз, а парасят паўкідаў у мяшок.

— Ці скора ж чакаць Белку з дзеткамі з вяселля?— пытаецца пані.

— А так пасля дожджыку ў чацвер,— адказаў мужык.

Сеў ён на воз і паехаў дахаты.

Вярнуўся пан з палявання. Пані яму і расказала, што іх Белка паехала на вяселле да племянніцы і вернецца пасля дожджыку ў чацвер.

— Ах,— кажа пан,— якая ж ты дурная! Падмануў цябе мужык: прападзе і свіння з парасятамі, і фурманка. Ну, ды мяне ён не абдурыць!

Загадаў пан запрэгчы тройку коней, сеў з фурманом і памчаўся даганяць мужыка.

Ляціць тройка па дарозе, толькі пыл курыць ды званок пад дугою звініць.

Пачуў мужык званок і думае: «Ці не пагоня гэта?» Звярнуў каня ў лес, прывязаў да дрэва. А сам выйшаў на дарогу, накрыў шапкаю жабу і сеў каля яе, аберуч за шапку трымаючыся.

Пад'ехаў пан.

— Набок! — крычыць мужыку.

— Не, панок,— кажа мужык,— аб'язджайце вы, бо мне нельга з гэтага месца сысці.

Аб'ехаў пан, потым спыніўся і пытаецца:

— Гэй, мужык, ці не бачыў ты тут чалавека з свіннёю і з парасятамі?

— Бачыў, пане.

— А ведаеш, куды ён паехаў?

— Ведаю, панок.

— Дык пакажы нам дарогу.

— Не магу, панок, рук падняць. Я лепш раскажу вам: едзьце проста, потым завернеце крута-крута направа, потым крута-крута налева і гэтак далей.

Пан пытаецца ў фурмана:

— Зразумеў?

— Не, пане.

Тады пан пытаецца ў мужыка:

— А ты сам дагнаў бы яго?

— Чаму ж не! Я яго як бачыш дагнаў бы!

— Дык дагані, я табе заплачу.

— Не магу. Мне няможна нават з месца скрануцца.

— Чаму?

— Ды гэта ж, бачыце, якая справа: ехаў гэтай дарогай мой пан, сустрэўся з другім панам, а той падарыў яму заморскага шчыгла. Дык пан загадаў мне вартаваць шчыгла, пакуль ён не вернецца.

— Ну, то едзь ты з маім фурманом, а я буду вартаваць шчыгла,— кажа пан.

— Не, пане, не магу: ты выпусціш шчыгла, тады мне бяда будзе.

— Ну, дык я буду вартаваць з фурманом, а ты даганяй адзін.

— Не, не магу...

— То на табе сто рублёў — толькі даганяй.

Падумаў мужык і кажа:

— Добра. Але глядзіце ж — мацней трымайце шапку, каб шчыгол не вылецеў!

Узяў мужык сто рублёў, сеў у панскую карэту і паехаў. Па дарозе адчапіў званок, заехаў у лес, забраў падводу з Белкаю ды рушыў дахаты.

Сядзяць пан з фурманом над шапкаю з гадзіну — няма мужыка. Пачакалі яшчэ гадзіну — нікога не чуваць. Фурман пакруціў галавою і кажа:

— Пані была дурная — аддала мужыку каня з Белкаю і парасятамі, а пан яшчэ дурнейшы: аддаў за нейкага заморскага шчыгла тройку лепшых коней з карэтаю ды яшчэ сто рублёў у прыдачу.

Пан узлаваўся:

— Што ты брэшаш, галган! Не можа таго быць, каб мужык перахітрыў мяне! Я калі дам аб'яву, дык адразу даведаюся, чый шчыгол, і тады знайду мужыка.

Сядзелі яны, сядзелі над шапкаю, а тут ужо і звечарэла. Фурман і кажа:

— Пане, есці хочацца. Пара дадому...

Пану таксама есці захацелася, ды і рукі знямелі. Ён і кажа:

— Возьмем шчыгла і пойдзем. А там я знайду гэтага мужыка! Ну, я шапку буду падымаць, а ты лаві шчыгла.

— Ой, пане,— калоціцца фурман,— баюся: яшчэ выпушчу.

— Ну, дык ты падымай шапку, а я лавіць буду. Я не такі разявака, як ты!

Прыўзняў фурман шапку, а пан цоп абедзвюма рукамі за жабу!

Агледзеўся пан ды як закрычыць, як замахае рукамі...

А фурман смяецца, узяўшыся ў бокі:

— Ці не казаў я, што пані дурная, а пан яшчэ дурнейшы!

— Маўчы,— просіць пан фурмана,— не кажы хоць пані...

І павалокся пан дадому як мыла з'еўшы.

 

Комментарии закрыты.